April 2nd, 2012

я моя любимая

Записка грустного оптимиста.

- Что-то у нас мама последнее время не смеется совсем, только улыбается.
- Мама грустит.
- А улыбается почему?
- Мама у нас оптимистка неисправимая. Вот и улыбается. Оптимисты так грустят, улыбаясь.
я моя любимая

Папина дочка.

Я не умела плавать. Мне было шесть лет. Мне очень хотелось плавать. И папа меня научил. Он вытолкнул меня из лодки, и я поплыла.
Я боялась прыгать с деревенского моста в речку. Мне было тринадцать. Мне очень хотелось прыгать с моста. И папа меня научил. Он столкнул меня с моста, и я прыгать научилась.
Я очень хотела научиться играть в преферанс. Папа спрашивал, чем я собираюсь расплачиваться за проигранные висты. Денег у меня своих не было, ясное дело, в пятнадцать лет. И папа определил ставку в один квадратный метр вымытого пола за десять проигранных вистов. В институте меня совершенно не интересовала стипендия – полы отбились с лихвой.
Я сомневалась, уходить ли мне от мужа в Америке. Мне было двадцать один год тогда. Но уйти хотелось. Папа предложил проводить его в Нью-Йорк из Сан-Франциско, где и оставил меня одну на недельку подумать. Ушла от мужа. С тех пор не боюсь уходить.
В двадцать семь я попросила папу взять меня работать к нему на завод (папа был директором завода). И папа не взял, объяснив, что не взял не потому, что дочка, а потому, что баба и не бабское дело командовать заводами. В двадцать восемь я создала свой бизнес и начала командовать в нем.
Недавно пожаловалась папе, что расклеилась. Что делать говорю, скажешь? Сказал: возьми белый лист и напиши на нем - Я тряпка. И что с этим делать? – спрашиваю. Читать, - говорит, - либо до тех пор, пока не поверишь в это, либо пока не соберешься в кучу.
Я собралась. Папина дочка.